v_gaevskiy (v_gaevskiy) wrote,
v_gaevskiy
v_gaevskiy

Categories:

Случай из жизни трейдера (29)

В.В.Гаевский, «Случай из жизни трейдера». Продолжение. Начало здесь.

Я вышел на улицу. На улице был великолепный солнечный день. После посещения прокуратуры я пошел в Измайловский лес. Гуляя по его тропинкам, я прокручивал в голове все детали моего допроса и готовился к новому приглашению в прокуратуру.

«Ну, многое не рассказал, многое утаил… А какого хрена я должен Понтюхину все выкладывать? Он что, мне отец родной? Вот, когда на меня бандиты наехали и я жил в страхе за свою жизнь и за жизнь своих близких… Вот, если бы опера появились именно тогда, то я бы ничего не скрывал, я бы все выдал, что знал. А теперь – на хрен они мне сдались? С чего мне им все рассказывать? Это моя тайна. На Надькином счете лежит колоссальная сумма денег, и я знаю пароли к этому счету. И я участвовал в создании этой суммы, я прошел через ужасные передряги и едва не погиб… А теперь приходят менты… Владимир Васильевич, расскажите нам все, и этим вы поможете следствию. Замечательно, значит, взять и все им рассказать»…


Прошло время – может, неделя, а может и другая. Опять меня стало выворачивать изнутри, особенно по ночам. Ну, не могу спать, хоть убей. То в каких-то кошмарах снится Надька, то в виде ангелов появляются бандиты. Игла, с крыльями за спиной, мне говорит: «Отдай деньги убиенной тобою Надежды». То моя мать, давно умершая, советует мне слабым голосом: «Сынок, отдай им деньги, отдай». Я просыпаюсь весь в поту, слова матери застряли в голове, как заноза. Какие деньги? Кому надо их отдать? Непонятно. Но что мать с того света о чем-то предупреждает – это понятно.

А мысли бегут… Как там, у Газманова: «Мои мысли, мои скакуны». Мои мысли хуже – они как тараканы. Необузданные тараканы, которые роятся в голове:

«Надьки, видимо, уже нет в живых. Бандитов тоже. А кто уцелел – сели крепко, лет на пятнадцать-двадцать. Менты знают много, но у них нет на меня состава преступления. Я никого не убивал и никого не грабил. Я честно исполнял Надькины поручения. Представим себе, что опера опять кидают мне предьяву. Фи, Владимир Васильевич, какое мерзкое слово вы употребили – предьява. Что за сленг? А с кем поведешься, у того и наберешься. У нас страна такая – блатная, воровская. Спасибо большевикам и Иосифу Сталину – бандиту и стукачу царской охранки. Вы, Владимир Васильевич, от нас утаили, что являетесь доверенным лицом гражданки Мельниковой. И что, разве я должен упасть им в ноги со словами не казните, я все вам поведаю? Так, что ли? Но ты дал им подписку, что ты не лгал… Но я им действительно не лгал, я им просто не сообщил, что являлся управляющим, вот и все. Это, кстати, наши личные с Надькой отношения, и по российской конституции никто не имеет право вмешиваться в эти отношения, тем более, они не нарушают закон. Нет состава преступления. А если его нет, то, значит, пошли все на хер»!

Мысли, мысли…

«Кстати, под моим управлением находится более трех с половиной миллионов долларов США, а я читаю лекции за три рубля… Володя, не гневи Бога, у тебя все замечательно, у тебя великолепная работа, которая тебе очень нравится… Но эти деньги… Они жгут меня, они требуют, чтобы я их снял со счета, они хотят, чтобы я ими завладел, чтобы я имел их… Фу ты, опять эти мысли… Имел, завладел… Ну, хорошо, деньги требуют, чтобы я просто пользовался ими во благо своей семьи. Под рукой такая сумма денег, а ты… Что ты? Этой суммой ты не можешь пользоваться. Вроде, ты богат, но на твоем личном счете денег нет. Как можно спать, как можно есть, как можно читать лекции, когда рядом лежат такие деньжищи, более трех с половиной миллионов долларов? Если по курсу двадцать семь рублей за доллар, то получается девяноста пять миллионов рублей. Все, покой потерян окончательно и бесповоротно. Вот, если бы эту сумму в Сбербанк положить? Да под семь процентов годовых? То сколько получится в год? Итак, шесть миллионов шестьсот пятьдесят тысяч рублей. А сколько это в долларах? Ого! Вон сколько – целых двести сорок шесть тысяч зеленых. Какие лекции? Какие ученики? Какой фондовый рынок? Пусть все катятся на хер… Двести сорок шесть тысяч зеленых в год! А основной капитал лежит в банке. При нашей жизни и тридцать тысяч долларов в год хорошо, а тут вон какие деньжищи, и это только процент… А интересно, сколько это получается в день? Боже мой, шестьсот семьдесят четыре доллара! Это же восемнадцать тысяч рублей… Некоторые семьи месяц на такие деньги живут, а где-нибудь на периферии, скажем в Ивановской области, это вообще уже серьезная сумма. И что, я эти деньги разве не заслужил? Мне Надька их доверила, у меня на них есть доверенность. Надька их поручила не брокерам из Боцмана, не Васе и не Феде, и не ментам, и, тем более, не продюсерам… Она мне их доверила. Я их заслужил! Я их заслужил, заслужил, заслужил… Но, деньги не твои, а убиенной Надежде. Нехорошо брат, нехорошо… Пользоваться деньгами мертвых. Мертвых… А зачем мертвым деньги, а? Зачем, я вас спрашиваю? Вот, если получу Надькины деньги, то закажу молебен за упокой ее души на десять тысяч долларов».

За окном волком подвывает ветер. Я не сплю, считаю и пересчитываю Надькины деньги, стал почти что сумасшедшим. Следующей ночью ко мне пришли мысли иного порядка:

«Сейчас ты раскатаешь губы на Надькины деньги, а там, смотришь, менты чего придумают или Надькины родные найдутся. Ведь, если ее нет в живых, то родственники вступают в наследство через полгода. А сколько времени прошло – а о ней ни слуха, ни духа… О, как раз где-то шесть месяцев! Надо проверить ее счет. Завтра этим я и займусь, а то глядишь, а денег-то никаких там уже и нет… А где же они? А их Надька сняла или какой-нибудь ее родственник, мать, отец или дядя родной. Я же ее родственников не знаю. Да ты, Шацкий, совсем спятил… Как мертвый может деньги снять? Да, крыша дома твоего начинает потихонечку ехать».

И вот, рассуждаю я так про себя, и вдруг пошла дремота. Снится какое-то озеро. Красивое такое озеро, и вода в нем чистая-пречистая. В воде отражается синее небо, по берегам камыши, кое-где видны отмели и вокруг полная тишина. Я поворачиваю голову и вижу на берегу озера несколько двухэтажных кирпичных домов с небольшими ухоженными садиками. И между этими домами вроде как Надежда идет и говорит, обращаясь ко мне, мол, выбирай себе любой дом и покупай его, они здесь недорого стоят. А я ее тихо спрашиваю:

– А где это мы?

Она отвечает:

– В Финляндии. Правда, хорошо?

Я просыпаюсь в своей московской квартире. «Вот, – думаю, – сон интересный…». Я решил, что Надька с того света дает мне добро на использование ее денег.

Утром, на открытии биржи я звоню в компанию «Боцман плюс». Там как всегда: «Ваш звонок очень важен для нас…». В трубке раздался знакомый голос:

– Рыков слушает.

Я ему говорю пароль, номер счета и кодовое слово. Потом уточняю:

– Купи в рынок одну тысячу акций Газпрома.

Он отвечает через минуту:

– Есть! Куплена одна тысяча акций по двести сорок один рубль.

– Хорошо, – говорю я ему. – Вадим, а скажи мне, сколько перед нашей сделкой было денег на счете?

– Одну минуточку… Так… Девяносто пять миллионов шестьсот тысяч девятьсот восемьдесят рублей.

– Спасибо.

Я отключил мобильник, заметив, что слегка вспотел:

«Все в порядке, деньги на счете. Теперь их надо выводить. Причем сначала надо вывести комиссионные за управление ее счетом. Справедливо? Конечно, справедливо. Чего это ты, Шацкий, все тушуешься, как будто берешь не свое? Давай смелей, вон, сколько времени прошло, а ты все кругами ходишь, вокруг да около… Сколько ты заработал вместе с Надькой? Более двадцати миллионов рублей. Какова твоя доля? Двадцать пять процентов. Это более пяти миллионов рублей. Вот с этой суммы ты и начни».

Ну, а что там «Газ»? Как всегда, если купишь, то по закону подлости цена сразу начинает падать… Продаю ранее купленное в рынок по цене двести тридцать девять рублей. Потери – две тысячи, ну да ладно, шут с ними… Моя задача была не столько заработать денег, сколько проверить счет. Итак, пора выводить деньги, генеральная доверенность есть… Я лезу в прикроватную тумбочку и нахожу там этот документ. Он выдан шесть месяцев назад… Такого-то числа, такого-то года… Мельникова… Паспортные данные… На Шацкого… Сроком на три года... Отлично. Все на месте. Сердце бешено колотится в груди. Я опять вспотел. Ну, как тут не вспотеть? Да ты, Шацкий, оказывается богат! Но эти деньги надо еще уметь и снять. Да, чего тут уметь? Пошел и снял!

На следующее утро к одиннадцати часам, прилично одевшись (даже галстук повязал) я еду в компанию «Боцман плюс». У меня с собой паспорт и генеральная доверенность. Я немного волнуюсь, но не сильнее, чем при посещении стоматолога. Приезжаю в главный офис. Со всеми встречными здороваюсь и прохожу к сотрудникам, которые открывают счета и оформляют договора. Я очень вежливо задаю вопрос:

– Как снять деньги?

Меня подводят к девушке Вале. Я ее знаю. Это именно она год назад открывала счет Надежде. Она тоже меня помнит:

– Здравствуйте, Владимир Васильевич, а какую сумму вы хотите снять?

К этому вопросу я был готов. Сначала я решил, что сниму пять миллионов, однако потом подумал, что это слишком резко и нагло. Про себя подумал: «Надо выводить деньги постепенно. Сначала-то выведу один миллион, а потом посмотрим». Но когда Валентина повторила свой вопрос, то я растерялся и промямлил: «Сто тысяч рублей».

Она взяла мой паспорт и доверенность, а потом вышла из кабинета, где мы общались. Меня начало трясти:

«А вдруг, что-то не так? Вдруг все сорвется? Ведь я начинаю забирать не свои деньги… И кто тебе дал на это право? Стоп… Я это право выстрадал с бандитами, с ментами… Я это право заслужил».

Вошла Валентина:

– Все в порядке, можете идти в кассу и получить деньги. Возьмите расходный ордер.

После ее слов я вошел как бы в летаргический сон и побрел по коридору. Как я получал деньги в кассе и как вышел на улицу, я четко не запомнил. Потом я пошел бесцельно бродить по городу. Наконец я нашел себя сидящем на скамейке на Гоголевском бульваре рядом с каким то грязным бомжом, пьющим из бутылки пиво. Я как бы проснулся.

– Ну, что, очкарик, пивка хочешь? – прохрипел бомж.

Он был похож на большого ребенка: субтильное телосложение, робкая улыбка…

– Пивка? Давай, не откажусь.

Бомж протянул мне недопитую бутылку. Я жадно засосал внутрь себя остаток жидкости. Бомж посмотрел на меня оценивающим взглядом и полез в карман. В руке у него появилась чекушка.

– Маханешь?

- Давай, наливай.

Бомж начал отвинчивать пробку:

– У меня нет стакана. Давай так, из горла.


Продолжение

Зайдите сюда чтобы найти еще много интересных блогов о трейдинге.

Tags: случай из жизни трейдера
Subscribe

  • Случай из жизни трейдера (33)

    В.В.Гаевский, «Случай из жизни трейдера». Окончание. Начало здесь. Прихожу к «боцманам» и нагло заказываю десять миллионов рублей. Валя взяла…

  • Случай из жизни трейдера (32)

    В.В.Гаевский, «Случай из жизни трейдера». Продолжение. Начало здесь. Тут аппарат выбросил выигрыш в пять тысяч пятьсот рублей. Я резко перешел на…

  • Случай из жизни трейдера (31)

    В.В.Гаевский, «Случай из жизни трейдера». Продолжение. Начало здесь. – Товарищ лейтенант, – на меня все больше и больше давила совесть. – Вы…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • Случай из жизни трейдера (33)

    В.В.Гаевский, «Случай из жизни трейдера». Окончание. Начало здесь. Прихожу к «боцманам» и нагло заказываю десять миллионов рублей. Валя взяла…

  • Случай из жизни трейдера (32)

    В.В.Гаевский, «Случай из жизни трейдера». Продолжение. Начало здесь. Тут аппарат выбросил выигрыш в пять тысяч пятьсот рублей. Я резко перешел на…

  • Случай из жизни трейдера (31)

    В.В.Гаевский, «Случай из жизни трейдера». Продолжение. Начало здесь. – Товарищ лейтенант, – на меня все больше и больше давила совесть. – Вы…